Битва за Луганский аэропорт

Ежедневно я получаю письма от людей из России, которые пытаются понять, с чего начался конфликт на Донбассе. Многие уже разобрались в подставном референдуме. Но дальше все узнали о гибели российских десантников. И эти сведения разрозненные. У людей создается впечатление, что это были обрывочные бои, где российские военные действительно заблудились,заехав на 50-70км на территорию Украины. Так ли это?
Я уже написала одно исследование с названием "Донецкий аэропорт - антология лжи". И в нем предоставила слово российским спецназовцам, которые делились своими воспоминаниями  в соцсетях.
И они откровенно рассказали, как российский спецназ получил задание захватить международный аэропорт в чужой стране, и что из этого вышло.

Но за кадром остается другой аэропорт - Луганский. Именно в боях за этот аэропорт в июле - октябре 2014 года и погибло до 2 000  российских военных, о которых рассказали мои друзья - волонтеры, о которых рассказывал и Борис Немцов и Лев Шлоссберг.
Но Путин издал Указ, и потери российских военных засекретили, а россиянам начали вешать несусветную лапшу на уши.
И поскольку о боях за Донецкий аэропорт правду рассказала одна сторона - российская, думаю, будет правильным предоставить теперь слово украинцам, которые так же прислали мне множество своих воспоминаний. И это будет честно.
Быть может, тогда у моих читателей и у людей, желающих знать правду, сложится полная картина того безобразия, в которую втянут сейчас народ России.


Аэропорты на территории Донбасса — Луганский, Донецкий, Северодонецкий и Мариупольский, а также почти не функционирующий Краматорский аэродром сыграли исключительную роль в ходе войны, особенно в начальной ее фазе. 
Дело в том, что на апрель 2014 года практически все боеспособные части ВСУ оказались далеко на западе страны, ведь в течение всего периода украинской независимости никто всерьез не рассматривал Российскую Федерацию как потенциального противника. И даже отжатие Крыма воспринималось поначалу как некое недоразумение. Крым всегда был открыт для российских граждан и российских военных.
Но с апреля 2014 года началась переброска украинских военных на восток страны.
Мало кто знает о том, что творилось в Луганском аэропорте, о боях в Хрящеватом, Георгиевке, Красном, Николаевке, а ведь именно там и погибли российские десантники из Пскова, Самары, Ульяновска, Нижнего Новгорода, Иваново и других регионов России. И наткнулись они там на жесткое сопротивление украинской армии, и в первую очередь, на десантников 80-й львовской бригады. Это они защищали свои земли в  аэропорту, Песках, Георгиевке, Тоненьком, Хрящеватом. Все эти названия - это небольшие поселки, расположенные вокруг Луганского аэропорта.

Услужливая Википедия нам рассказывает:
 Международный аэропорт «Луганск» — аэропорт города Луганск, Украина. Разрушен в ходе военных действий 2014 года, для приёма и выпуска воздушных судов непригоден.
Аэропорт расположен к югу от города, на расстоянии от центра города около 20 километров. До начала городской черты (посёлок Видное) около 9 километров.
С декабря 2009 по апрель 2014 года являлся базовым аэропортом авиакомпании «UTair-Украина»[1]. Аэродром был способен принимать самолёты Ту-154 и все более лёгкие, а также вертолёты любых типов. Классификационное число ВПП (PCN) 21/R/B/X/T.
Территория аэропорта была важным стратегическим объектом, поскольку весной 2014-го все опасались, что по примеру Крыма в Луганске могут высадиться "зеленые  человечки". Этого не произошло, в первую очередь потому, что украинская сторона, разгадав планы россиян, усилила охрану аэропорта. 
Поэтому единственным способом быстро сформировать ударную группировку стала транспортная авиация. Конечно, основной поток грузов и личного состава пошел на аэродромы Харькова и Мелитополя, однако аэропорты Луганска и особенно Донецка принимали достаточно большое количество рейсов Ил-76 и Ан-26. Причем дольше всего — до 14 июня — функционировал Луганский аэропорт, куда летчиками транспортной авиации было совершено 19 вылетов.
Этот объект был и лакомым кусочком для российских военных: открытый воздушный плацдарм для дальнейшего нападения на Украину.

Международный аэропорт «Луганск» был взят под охрану бойцами 2-й роты 80-й аэромобильной бригады 7 апреля 2014 года. Таким образом, уже в апреле 2014 года на территории Луганской области начали действовать регулярные российские части. И более 100 км российской границы остались открытыми в результате обстрелов из градов с российской территории населенных пунктов, расположенных вдоль этой границы.
Зеленый цвет - граница РФ
Российские войска расчищали себе дорогу на Луганск, захватывая чужие территории. Им противостояли части украинской армии.

 После того как стало понятно, что под видом сепаратистов - шахтеров в Луганск проник российский спецназ, а российская граница нарушена введением танковых подразделений России, украинская армия достаточно успешно взяла Луганск в кольцо и планировала восстановить свои границы.

Однако, около Луганска были зафиксированы первые российские зенитно-ракетные комплексы. Украинская сторона немедленно прекратила полеты гражданских самолетов.

Переброска бойцов в Луганский аэропорт с апреля 2014 года происходила на ИЛах.  ИЛы заходили на посадку ночью, поскольку было ясно, то российские военные "учились сбивать цели" с земли - об этом знали все в округе
Но 14 июня 2014 года российскими военными был сбит Ил-76МД («76777»), перевозивший десантников и технику 25-й бригады из аэропорта Мелитополь. На борту погибли 9 членов экипажа и 40 военнослужащих.
Из воспоминаний украинского капитана 80-и, с позывным "Барсук":
"Я сидел в кабине тогда. Красивый вид. С одной стороны, Донецк, с другой – Луганск. А все, сжатые, как в пружину, борттехники, пилоты, все наблюдают землю, нет ли пуска ракеты снизу?
- А те Илы, на которых вы летали, были оснащены тепловыми ловушками?
- Да, были, но если ты спрашиваешь о сбитом ИЛе, то его сбили на заходе на посадку. Был выстрел из ПЗРК, и Илюша выпустил ловушки. Но после этого его добили с крупнокалиберного пулемета и он взорвался прямо в воздухе. Территорию вокруг аэропорта мы не контролировали, подразделения в аэропорту были, по сути, в окружении, доставка личного состава и снаряжения могла осуществляется только самолетами. Мы, после того как сбили Ил, выдвинулись вперед, оттеснили боевиков, собрали то, что осталось от погибших пацанов, подорвали неразорвавшийся боекомплект. Тяжело было. На месте этих ребят мог быть и я, и любой другой, кто летал этими самолетами. Они ведь летали четыре раза сюда.
Порядка ста человек, 80-я, разведрота 1-й танковой, две ЗУ, одна минометная батарея на весь аэропорт, несколько единиц брони. Вот и весь состав бойцов, который в тот момент находился в окружении. Командир, который руководил обороной аэропорта, позывной «Кобра», сосредоточил всех бойцов на территории аэропорта возле построек и укрепов.
Выставили круговую оборону и так держались. Взлётка должна была охраняться, но возможности осуществить охрану не было. И самолеты летали, понимая, что их могут сбить. И аккумулировали силы батальонно-тактических групп.
Как заявляли сразу по «горячим следам» руководители украинского военного ведомства: «Силовики (украинские военные) были проинформированы о наличии вокруг аэропорта террористов (читай, российских военных), и территория вокруг объекта была зачищена. Однако высокомобильная группа боевиков (читай, российских военных), передвигавшаяся на внедорожнике(???), с расстояния 7-8 километров от аэропорта осуществила обстрел самолета». Было похоже, что они подыгрывают российской стороне и не желают рассекречивать факты присутствия российских военных на уже захваченных украинских территориях.
Позже местными жителями было найдено место, откуда предположительно был поражен Ил-76. Были найдены три пусковые трубы 9П39-1 от ПЗРК 9К38 «Игла», которые были переданы военным. При этом были отстреляны два комплекса, а еще в одном ракета осталась в трубе.
Постоянные бои вокруг аэропорта не прекращались. В российских СМИ неоднократно заявляли о том, что взяли ЛАП под свой контроль, но эта информация по сути была обычной бравадой. Тем не менее, положение оборонявших его десантников становилось всё сложнее.
Наконец, в июле 2014 года командование решает провести наступательную операцию по деблокированию аэропорта. Однако, это уже было достаточно сложно: фактически нужно было от Счастья, в обход так и не занятого посёлка Металлист, через переходящий из рук в руки Александровск, выдвинуться в направлении посёлка Юбилейный, пересечь три автомобильные дороги, усиленные блокпостами, и занять контролируемую российской стороной Георгиевку, через которую идёт прямая дорога на аэропорт.
Основной ударной силой планируемого прорыва должен был стать добровольческий батальон «Айдар», подкрепленный бронетехникой и бойцами ВСУ. К тому времени было понятно, что добробаты действительно имеют более высокий боевой дух, чем призывники, и действительно готовы сражаться, а не имитировать военные действия.
Наступление началось 14 июня. Было принято неоднозначное решение - блокпосты и населённые пункты не штурмовать, а обходить их, перерезая дороги в тылу. Фактически тактика была следующей: сначала «Айдар» пешим маршем и на джипах продвигался вперёд, перекрывал трассу, занимал круговую оборону. После чего подходила бронетехника и танки. Так практически сразу был взят Александровск и расположение РЛС в Тепличном (причем в бункере РЛС были заблокированы 18 российских наемников, которые сдались спустя двадня).
В посёлок Юбилейный заходить не стали — отрезали от Луганска и оставили для последующей зачистки. И двинулись дальше, по объездной дороге вокруг города на Георгиевку. Таким образом, была отрезана транспортная развязка на трассе Луганск - Лутугино в районе моста через речку Ольховку. Со стороны Лутугино навстречу наступающим выдвинулась колонна российских десантников, которая была уничтожена сдвоенным ударом: бойцов «Айдара» со стороны объездной дороги и львовских десантников со стороны аэропорта. Остатки русских военных отошли в Лутугино. Георгиевка была освобождена, а стратегически важная трасса Луганск-Красный Луч перерезана.
Вскоре силы АТО фактически взяли в полную осаду Луганск, из которого стали массово уходить как сепаратисты, так и рядовые жители. Город опустел. И, как мы знаем, 15 августа большинство российских десантников, погибших в те дни, в последний раз связались со своими родными... Минобороны России отдало приказ "продолжить учения в Ростовской области..." Сводные колонны, заранее перемиксованные, назвавшие себя миротворческими силами, двинулись на Луганск.
К концу июля украинских бойцов начали накрывать артой всех калибров. На помощь украинским десантникам в аэропорт прорвалась БТГ во главе с комбригом Андреем Ковальчуком, который, будучи раненым, не запрашивал эвакуацию, а оставался в аэропорту. БТГр состояла из батальона 128-й бригады, роты 80-й с артбатарей гаубичной и танковой роты. Аэропорт был почти разрушен. В отличие от аэропорта в Донецке, боевики изначально не жалели постройки сооружений, их сравнивали с землей всем, чем можно. Грады, Смерчи, разнообразная ствольная арта, в том числе Пионы.
Вечером 19 августа в Луганск вошла российская танковая колонна, просочившаяся буквально через «игольное ушко» со стороны Николаевки. 40-60 танков без опознавательных знаков и по 6-8 человек десанта на броне (естественно, что все без шевронов). Её появлению предшествовала мощная артиллерийская обработка в районе Краснодонской трассы.
А в это самое время Главнокомандующий РФ В.В. Путин вещал: 
«Что я слышал – они патрулировали украинскую границу, могли оказаться на украинской территории, но они же заходили к нам, украинские военнослужащие, на бронетехнике, заходили. Проблем не возникло». Так спокойно комментировал Владимир Путин скандал, который внезапно возник в августе 2014 года в соцсетях и СМИ, в связи с внезапной гибелью десятков российских военнослужащих, находившихся на учениях в Ростовской области, но почему-то оказавшихся на территории другого государства - Украины.
Естественно, что уже 23 августа началось контрнаступление по всем направлениям. 24 августа, когда в Киеве проходил торжественный парад в честь Дня Независимости, на котором украинская армия блистала своей техникой, так необходимой на фронте. Это тогда возмутило многих бойцов.
Российская армия нанесла удар на Алчевском направлении по Родаково и Сабовке, а также в направлении Счастья по Стукаловой Балке. Одновременно начались бои на Краснодонской трассе. И все это вокруг Луганского аэропорта.
29 августа «Айдар» под натиском превосходящих российских сил противника оставил Хрящеватое и Новосветловку. Осознанно или нет, но украинским командованием под Луганском была допущена та же ошибка, что и под Иловайском, и в других местах. Вклиниваясь в оборону противника небольшими колоннами, они приказывали своим военным продвигаться далеко в глубь, при этом растягивая коммуникации и оставляя за собой только узкую полосу охраняемой территории,  легко было перерезать на любом участке. В результате вместо одного большого котла под Луганском образовалось несколько маленьких котлов, а украинские силы, брошенные на блокирование города, сами оказались в окружении.
А в это время 80-я с пехотой пошла вперед и взяла Георгиевку, Лутугино, Успенку на соединение с 95-й бригадой для окружения Антрацита и Красного Луча. Хрящеватое оккупировали регулярные войска РФ. Батальон "Айдар" умудрялся держать Георгиевку 12 дней для того, чтоб можно было создать артерию снабжения с аэропортом.
Из воспоминаний украинского бойца:
- Я помню, как уже потом мне звонили и говорили, что на ICTV вышел сюжет об обороне Георгиевки. Когда танки и другая броня бежать начали, я тогда выходил в эфир к айдаровцам и другим частям, что были тут и говорил: никто *маты, много матов* отсюда не уходит. Стоим! И они вернулись. С РПГ мы с пятого выстрела подбили 72-ку. Я вызвал свой танк с высотки, там парень, отчаянный, конечно, был, он два танка тогда подбил. Тогда я еще Сушку вызывал, она неплохо тогда отработала. Когда мы зашли в Георгиевку, мы там 300 метров контролировали. А после штурма все село взяли.
После штурма у нас пленные были, все россияне. Питер, Алтай, Краснодарский край. Был еще какой-то зампотыла «ЛНР», миллион рублей за себя давал.
Потом они (российская артиллерия) просто неделю накрывали село, нас не побили, только село разнесли. А потом мы уже взяли Лутугино и Успенку.
Бои, которые происходили тогда возле Луганска, велись не с сепаратистами, как утверждали россиские и украинские СМИ. Перематы в эфире с чеченцами с взаимными угрозами, обмен «пожеланиями» в эфире от когда-то «братских» десантников и пленные солдаты РФ, запертые по подвалам, четко демонстрировали противника.
- Последние сепары, которых я видел, это разведрота «ЛНР» еще в Георгиевке – продолжает свой рассказ «Барсук», – в Лутугино я взял в плен майора РФ. Те сепаратисты, на которых позже натыкались, мы видели их только бегущих. А потом пошли войска РФ. Штатные войска, в форме, в касках, ну не шахтеры совсем. Я тогда закрывал фланг у Красного, и мы видели, как выезжали Грады и крыли Хрящеватое, аэропорт, нас… Разворачиваются и уезжают. Так их и не обстреляли. Там потом самолет сбили, мой зам. этого летчика искал там, нашел. В Хрящеватом мы остановили конвой, не пропускали.
Если бы российские войска не зашли, мы бы закрыли границу и война уже давно бы закончилась. А так… Меня ранило под Красным. Мы тогда порубили штурмовую группу, ну явно шла десантура. Всё, как у нас: три БТРа, за ней пехота под прикрытием коробочек рядами с поднятыми автоматами и топают штурм. Ну мы там и дали им с фланга, сожгли эти БТРы, положили эту штурмовую группу. Мы еще там, в соседнем леску, минометами догнали какую-то группу. Что там было, не знаю, но взрывалось часа два. Но они нас вычислили, где мы, как стоим после этого боя, и обстреляли Градами. Один снаряд прилетел в блиндаж, одиннадцать двухсотых. Не повезло. Меня тогда ранило, с позиций забрали, вернули в аэропорт. Когда меня туда привезли, там уже был мрак. Все разбито, разрушено, одни обломки.
И буквально через неделю начался тот самый штурм. Кантемировцы на своих Т-90, псковская десантура, арта. Началась мясорубка.
Лупили нас тогда жестко, всем лупили. Мы оттуда ушли, потому что там банально уже не за чем прятаться было. Прикрыть нас было нечем, танкисты из аэропорта просто удрали.
Десантники бегали у обломков и отстреливались. Танки жгли с помощью СПГ-9 , сожгли два Т-90. У нас всего два СПГ было, один из них трофейный. Было бы больше, было бы и толку, конечно, больше. Ковальчук вызывал огонь артиллерии на себя, тоже крыли их броню всем, что было. Нас прикрывали всем, Смерчи, Ураганы, Грады, там был ад. Российская арта тоже валила жестоко. Бункер, который был в аэропорту на случай ядерной войны, просто треснул от попадания артснарядом. Бункер треснул. Я не думал, что такое возможно. Не знаю, чем они стреляли, но когда снаряд попадал на землю, то воронка была метров пять в длину и метра два в ширину. В бункере от попадания разошлись трещины, потолок упал и привалил пленных, которых мы там держали, мы их разгребали потом. Поначалу россияне шли, конечно, мощно: танки, БТРы, БМП, штурм – красиво всё, по учебнику. А получили таких *******… Когда в аэропорту уже прятаться было не за чем, мы пошли на прорыв и таки вышли оттуда, то они еще два дня боялись зайти в аэропорт. Говорили, что бои идут, и обстреливали руины. В СБУ есть перехваты их разговоров, как они отзванивались командирам и говорили, что идут бои, хотя мы уже были далеко. Всыпали мы им, конечно, жестко тогда.
Как вспоминал потом командир 80-й аэромобильной бригады ВДВ Андрей Ковальчук: «Нас «отрабатывали» каждый день: «Грады», «Смерчи», «Тюльпаны», «Пионы». Это уже была артиллерия россиян. Летит беспилотник, 40 минут – и все, пошли «Грады». У меня каждый солдат мог разобраться, когда летит снаряд от миномета, когда от «Ноны», когда от «Смерча», когда из танка – настолько они были опытные».
31 августа 2014 года в Луганском аэропорту начался ад. Подобный ад потом повторится в январе 2015 года в Донецком аэропорту, а в 2016 году в Донецкой промзоне, что недалеко от аэропорта. 
Одна украинская танковая рота ушла без приказа. Как вспоминал один из десантников: «Нас осталось только 80-я бригада и еще там, какие-то мелкие взводы. Защиты у нас практически не было. Это было два танка, которые оставили нам 24 бригада, но они практически не работающие, у одного танка башня не крутился - сугубо пулемет мог стрелять, а второй фактически не работал, не знаю что с ним было. Гаубиц у нас было штук шесть по-моему и минометов штук восемь и тем мы обороняли аэропорт».
На штурм шли псковские десантники и мотострелки из Дагестана. Впервые россияне выкатили и свои новейшие танки Т-90. Поддерживали их огнем самоходные артиллерийские установки 2С7 «Пион» и самоходные минометы 2С4 «Тюльпан», предназначенные именно для уничтожения бункеров.
Поэтому к концу дня в аэропорту уже нечего было защищать: здания были
разрушены, деревья сгорели, взлётная полоса напоминала перепаханное поле. Было принято решение отступать. Выходить в светлое время не было смысла – в открытом поле отступающих просто накрыли бы артиллерией. Поэтому дождались сумерек, и только тогда покинули развалины.
Навстречу десантникам со стороны Лутугино прорвались два украинских танка, одна БМП и «Урал» 24-й бригады. Их экипажи состояли преимущественно из офицеров – большинство рядовых отказались идти на верную смерть. «Уралом» вывезли убитых и раненных. Это стало концом сражения за Луганский аэропорт. В тот день погибло 13 человек из 80-й бригады, многие получила ранения, несколько военнослужащих попало в плен и пропали без вести.
...
Псковские нам до сих пор стрелки набивают на «десантура точка ру». Встретимся, мол, еще, мы вам отомстим, вы нечестно поступили, будьте мужчинами. В общем, обидно им, покосили мы их там трошки. Да и не только псковских. Мы второго августа арту наводили под Хрящеватым, так накрыли БТГр костромской десантуры.
- И что, сильно накрыли?
- Ну как, сильно…Полностью. Вообще полностью, ни одна машина тогда не вышла. РСА (разведывательно-сигнальная аппаратура) тогда поставили под Краснодоном наши разведчики, прослушали костромских и накрыли. И таких случаев было немало. Да и вообще немало там всего было, все рассказывать – книга получится.
В общем, Луганский аэропорт им точно немалой кровью достался. Пусть гордятся им, ходят на могилы побратимов.
А вот воспоминание другого участника:
...Выход из аэропорта был в процессе ожесточенных боев. Бой шел до вечера, штурм к вечеру смогли отбить и оттеснить противника. Выходили ночью, прямо во время боя. Всё тот же Ковальчук, который больше месяца руководил обороной аэропорта, будучи раненым, отказываясь от эвакуации и даже не думая, что будет направлять своих ребят из штаба в тылу.
Бойцы, которые рассредоточились на территории аэропорта и вели бой под постоянным огнем своей и чужой артиллерии, прорвали окружение и вышли. Во время боёв порядка двадцати человек попали в плен. Почти полтора десятка ребят погибли. Четверо из попавших в плен смогли бежать, часть в неволе расстреляли, отомстив за упорное сопротивление, часть десантников до сих пор в плену.
Потому, когда в очередной раз мы будем говорить о героях, не стоит забывать о десантниках 80-й львовской бригады. Об их аэропорте. Об «их Песках» — Георгиевке. Об «их Тоненьком» — Хрящеватом. Об их ожесточенных боях и их жарком лете 2014, когда 80-я аэромобильная бригада рубилась с регулярной российской армией в Славянске, а потом была отправлена в аэропорт, где её ждали новые вызовы и бои. Это бойцы, о которых должны помнить, как и о 25-й, 79-й и 95-й бригадах. Просто потому, что они стоят того, чтоб о них помнили. Вот такой вот аэропорт, которого как будто и не было, вот такая 80-я бригада, подвиг которой не то что забыли, в большинстве о нем и не знали, и не знают.
.Интересно, что российские военные вошли в разрушенный аэропорт только через двое суток после фактического его оставления украинскими десантниками. В Российских СМИ они заявили о захвате Луганского аэропорта 30 августа, на деле же вошли туда только 2 сентября 2014 года
По поводу скептиков, которые до сих пор не верят информации о прямом участии российских военных, то можно привести как многочисленные свидетельства участников боев, так и фотографии документов. 
Из воспоминаний украинского офицера:
«С дагестанским старшим лейтенантом так и не удалось найти общего языка и он остался слушать разговор, временами перебиваемый нервными смешками так ничего и не понявшего удмурта-водителя, с завязанными руками и глазами. С удмуртом вообще невозможно было разговаривать в виду чрезвычайной тупости последнего. А вот псковский десантник оказался куда разговорчивей. Его освободили от пут, развязали глаза и усадили с десантниками за один стол. Обычный прапорщик, семьянин, никаких предрассудков по поводу украинцев, приказали – поехал. Что ж тут рассказывать? Спустя несколько часов их отвезли в штаб сектора».
Исследуя этот материал я не раз ловила себя на мысли о том, что мой первый доклад "Потери российских войск на востоке Украины 2014-2015" просто пестрит доказательствами участия и гибели российских десантников в боях за Луганский и Донецкий аэропорты. В большей степени, за Луганский.  А в моем списке есть более 100 фамилий и позывных российских военных с конкретными воинскими частями, которые оставили свои жизни в боях за Луганский аэропорт. И движущийся список Васильевой иллюстрирован фотографиями погибших десантников именно за Луганский аэропорт.
Остались без ответа направленные и российскими оппозиционными депутатами запросы в Минобороны и президенту Путину: на каком основании на территории чужого государства массово гибнут российские срочники - военнослужащие.
После тех первых знаменательных боев за Луганский аэропорт, Владимир Путин учредил новый праздник - День Неизвестного солдата, а так же издал Указ о засекречивании потерь среди военных в мирное время. Кроме того, пообещал всем вдовам и матерям погибших денежные компенсации от 3 до 6 млн рублей. Правда, на сегодняшний день эти компенсации получили не более 7% от всех семей, которые потеряли своих родных в боях на Донбассе.
И не получат они этих денег, но надеются, поэтому и молчат... Молчат и видные политики. Никто не желает повторить участь Бориса Немцова, пожелавшего рассказать правду об этих боях...
Итак, оборона Луганского аэропорта украинцами длилась более 100 дней. Погибло до 5и тысяч человек с обоих сторон. Но дальше российским войскам так и не удалось продвинуться. И Донецкий и Луганский аэропорты достались противнику полностью уничтоженными.
Со всей ответственностью можно заявить, что эти два аэропорта стали лакмусовой бумажкой политики Путина и России.

Отправить комментарий