В России быть больной смертельно опасно, особенно в Мурманске

Сегодня наткнулась на пост вКонтакте о больнице "Севрыба" в Мурманске, и вспомнила, что я уже о ней писала, но мои статьи постепенно кто-то убирает в интернете. И я решила перенести их в свой блог вместе с тем постом.



Я сбежала из больницы

03.03.2011
Как нас лечат

Каждый человек хотя бы раз в жизни попадает в больницу. И надеется получить там квалифицированную медицинскую помощь. Однако в России попадание в больницу является настолько экстремальным мероприятием, что только диву даешься, как люди выживают, пройдя такие испытания.
В нашем городе, как и в других городах, каждый район города приписан к определенной больнице. Известно, что есть больницы нормальные, современные. Таких больниц в Мурманске две. Они подпитываются из федерального бюджета.
Однако жители города приписаны к двум больницам: городской и больнице «Севрыба».
Когда-то больница «Севрыбы» считалась самой элитной, сейчас из нее бегут квалифицированные доктора. Ну а говорить о больных...
Словом, вчера я убежала из больницы «Севрыба». Накануне вечером мне стало плохо – сорвался сердечный ритм, была вызвана «скорая помощь».
Доктора сделали все возможное, но ритм восстановить не смогли. Мне становилось все хуже, поэтому я была доставлена в приемный покой больницы. С 3 часов ночи до 7 утра я находилась в приемном покое.
Честно скажу, спасибо дежурному доктору – он тоже пытался восстановить сорвавшийся ритм. Только позже стало ясно, что он надеялся, сняв приступ, сразу отправить меня домой, поскольку в больнице вообще не было мест. И это было только начало.
Поняв, что мне все-таки требуется длительная помощь, доктор направил меня в кардиологическое отделение.
Пока санитарка везла меня на коляске, она несколько раз поинтересовалась, есть ли у меня теплая одежда? Я сразу не поняла... пока мы не выехали из лифта в отделение.
По коридорам завывал ветер, и было ощущение, что мы находимся на улице.
Медсестра возмущенно встретила нас тирадой о том, что мест нет, и надо думать головой, поскольку меня можно положить только в коридоре. Я начала прикидывать, через какое время мой организм начнет оледеневать.
Все-таки Мурманск, Крайний Север...
После не очень долгих препирательств между медиками нашлось одно место в отделении гастроэнтерологии. И меня транспортировали туда.
По дороге я увидела в коридоре одинокий труп на каталке – перспектива не радовала...
…На кровати лежало тонюсенькое одеяло. Словом, я натянула на себя зимнюю куртку, забралась под одеяло и постаралась как-то сохранять тепло. Но не тут-то было. Принесли капельницу. Кое-как оголила руку так, чтобы эта часть тела не отвалилась от холода, 4 часа я лежала под капельницей.
Пришла доктор, которая вела эту палату, молодая девушка с замученным лицом и явно издерганная. Сообщила, что пока «прокапают» назначенное дежурным врачом, не кардиологом, а потом, если у кардиологов найдется время, они придут и назначат то, что необходимо.
– Радуйтесь, что вообще в больницу попали. Кардиологическими забиты все отделения...
Соседка по палате с соседней кровати сообщила, что она тоже поступила с сорванным ритмом, и кардиолога за 9 дней видела только два раза в самом начале.
Она сняла со своей кровати одеяло и заботливо укутала меня. Руку, в которой торчала капельница, я уже давно перестала чувствовать от холода. Оглядев палату, я была опять поражена: больные лежали, укутавшись в шерстяные свитера, толстовки, сверху замотанные теплыми шарфами или платками, – 6 человек. На кровати у каждого – принесенные из дома теплые одеяла.
– И давно стоит такой холод? Ответ меня поразил еще больше: Сейчас уже тепло, а вот шторм был целую неделю, вот это был холод.
Все вокруг кашляли, сморкались.
Понятно, не каждый здоровый организм выдержит длительное переохлаждение. Что говорить о больных.
– А куда деваться? – посетовал голос с кровати в углу.
…Моя кровать стояла у окна...
После обеда сняли капельницу. Приступ не проходил. И я поняла, что надо что-то кардинально менять. Я позвала медсестру и спросила, есть ли у них препараты, которые действительно могли мне помочь в настоящий момент? Она ответила, что надо ждать кардиолога. Без его назначения – ничего нельзя. И вообще, того, что могло бы мне помочь, в больнице нет.
Есть только на «скорой».
В моей голове уже начал созревать план побега: чтобы, добравшись до дома, снова вызвать «скорую», и, возможно, приступ купируется, поскольку у них есть нужное лекарство.
Подходило время к ужину. Ни завтракать, ни обедать я не могла.
Сердобольная соседка принесла утку.
И вдруг... Я сама себе не поверила – ритм восстановился! Ура! Холодно, блин.
19:00 – кардиолога нет и не будет. Знаю, что уже сейчас надо принимать препараты, разжижающие кровь, ведь во время приступа она густеет, что может привести и к инсульту, и к инфаркту.
Надо себя спасать.
Звоню домой, даю задание сыну, что закупить в аптеке. Спасибо, он мобильник не забыл мне положить с собой. Звоню друзьям, чтобы приехали на машине.
Аккуратно поднимаюсь с кровати, чтобы не упасть, слабость неимоверная. Внутренне готовлюсь к марш-броску на лифте вниз, до машины. Большой пролет по коридору...
– Девочки, передайте, что приступ прошел, я домой...
...Дошла. Друзья почти ловят меня у машины, везут домой. Замерзшую, посиневшую от холода.
Дома горячий чай с лимоном, нужные лекарства.
Спокойствие, только спокойствие...
Оказавшись в собственной теплой постели, не могу поверить, что пережила всю эту пытку.

Елена Васильева.
Мурманск.

Стать больной в России опасно
22.12.2013

Попала в больницу «Севрыба» в Мурманске, есть такая огромная больница, была когда-то гордостью города. Эта больница уже была однажды героиней моего рассказа.  
Словом, в палате кардиологии выздоравливающие. И вот вчера поздно вечером привезли бабушку. Половина лица — дикий отек: гематома и свежий синяк. Бабушка не в себе. В палате кровати — подростковые, узенькие. Бабуля чуть не упала несколько раз. Медсестры вынуждены были привязать бабушку, чтобы прокапала капельница. Мы, глядя на новую пациентку просто перепугались — состояние ее критическое: кожные покровы — желтые, дезориентирована, состояние спутанное, глухая. Что-то невнятно громко произносит…
Побежали всей палатой к сестрам с вопросом: кто ее в кардиологию распределил, если у бабули черепно-мозговая травма? Нас отправили в приемный покой: с пятницы на субботу дежурный врач один.   Спускаемся в приемный. Там нам объяснили, что дежурный доктор где-то в отделении (12 этажей больницы — где в отделении?) Спрашиваем, кто ее в кардиологию определил, если по правилам Минздрава с черепно-мозговыми травмами везут в областную больницу? И тут узнаем, что ее уже возили в областную, там бабулю не приняли. И вообще у нее «букет болезней».
В приемном нам посоветовали вызвать в палату дежурного доктора. Дежурным был господин Зотов — зав эндокринологического отделения. Мы поднялись на свой этаж и заставили сестер позвонить дежурному доктору. Пришли в палату, где стонала ничего не понимающая бабуля. К этому моменту у двоих моих соседок по палате серьезно вверх поползло давление... 
Ждали -ждали доктора. «Разведка донесла» — доктор Зотов поднялся на этаж, узнал о наших требованиях по немедленной помощи бабуле, переводе ее в другое отделение или палату или перекладывании на более удобную кровать (ну хоть что-то), словом, доктор втихаря ретировался и свалил из отделения.
Но это не всё, иначе было бы просто не интересно. Оказывается… в областную больницу бабулю привозили без черепно-мозговой травмы… Ее уронили с носилок у приемного покоя… нашей больницы. Но поскольку в областной больнице бабуле уже отказали — то смысла возвращать ее туда не было, так решили медики.
...Видимо, в Мурманске люди перестают болеть, т.к. переполненное когда-то отделение кардиологи полупустое. Половина палат просто закрыты — сокращение. Две платные палаты с удобными функциональными кроватями бабуле не доступны — не заслужила. Ну а мы из выздоравливающих балансируем теперь на грани гипертонических кризов: бессонные ночи, волнение за бабулю. 
Мы — не ежики в Германии… Словом, пока мы бегали в надежде помочь бабуле нам медики сообщили, что мы — бессердечные, бабулю некуда положить, а мы обязаны терпеть.
Вопрос: что терпеть и как долго?

Кому нужна такая страна? Здесь небезопасно

05.03.2012
..Вчера пришел ко мне товарищ, с выпучнными глазами:
- Помоги, жена сломала шейку бедра.
Я удивилась, чем я-то могу помочь? И он рассказал. Лежит жена в больнице 4й день. Ее собираются выписывать домой до июня, потому что нет квоты на операцию. А в середине июня появится, ей надо будет сходить в поликлинику взять номерок на госпитализацию, и тогда ее положат и прооперируют.
Кто не знает, скажу: перелом шейки бедра - нехорошая травма. Исправить может только операция с транслантантом. После чего человека загипсовывают "от соска до носка", т.е. все туловище  и ногу, приходится лежать на строго постельном режиме более 2х месяцев.
И вот молодой женщине, не ходячей, находящейся в городской больнице, предложили выписаться и ждать операцию лежа дома.
Товарищ - участник боевых действия в Чечне, был комбатом, не сдавался, побежал к завотделению. Просит помочь. А в ответ услышал: много вас тут участников развелось...

... На днях другой "боец" поведал свою страшную историю. Ждали с женой ребенка. Она была на 6м месяце. Вдруг ей стало плохо. Скорая увезла ее в областную больницу. Там не приняли по каким-то причинам, перевезли в городскую. В городской так же отказались, мол, областная должна принимать. Пока возили туда - сюда, ей стало хуже. Вернули в областную. Уже в реанимацию. А утром жена скончалась... Пытается судиться, но не получается. При оформлении в больницу заставили расписаться в нескольких местах в истории болезни. А там, оказывается, есть листик так называемого договора о том, что больной согласен, что врачи не несут ответственности за последствия. Поседел. Готов идти и отстреливать тех, кто придумал эти правила...

... Мне три дня назад стало плохо - приступ. Скорая приехала, вводила лекарства, давление стремительно стало падать до 90 на 60. Увезли в больницу Севрыбы. Начали ставить капельницу. Спрашиваю медсестру: а вы в курсе, что это лекарство может мне уронить давление? Она отвечает: "Да, единиц на 20- 30". А я ей: "А вы в курсе, что у меня уже 90 на 60? Вы меня убить хотите?". Она остановила процедуру, убежала посоветоваться. Часа два ее не было. Приступ прошел сам. Медсестра так и не появилась. Я встала осторожно, попросила женщин в палате поделиться кофе. С кружкой горячего кофе вышла в курилку. Стрельнула сигарету. Сигаретой под кофе успокоилась, приподняла себе давление, позвонила друзьям: заберите меня отсюда... Пока ждала, узнала, что из отделения, где нахожусь уволилось сразу 9 человек медперсонала. А тяжелой больной в палате надо мерить температуру каждые 2 часа. Третий день градусника дождаться не может...
Дома заварила еще кофе и потом уснула глубоким сном, который принес оздоровление....

Что это? Результат реформы здравоохранения.
 И таких историй тысячи в каждом городе. Кладбища растут с неимоверной быстротой.
Врачи на скорой жаловались: анальгина уже даже не будет. Нет необходимых препаратов, вместо спирта - антисептика, вам лучше не знать, чем обрабатываем. И правда, вонь от ватки умопомрачительная. В Минздраве приняли решение вместо обезбаливающих вводить какой-то не проверенный антибиотик. Спазмалитиков тоже нет.

Я уже не говорю о нарушении других прав людей. Они везде, как снежный ком. Я говорю о том, что каждый гражданин в полной небезопаности в этом государстве - так теперь работает эта система.
От болезни не застрахован никто. Получить своевременную помощь уже не может сразу даже тот, у кого набит кошелек. И, соответственно, никто не застрахован от всепожирающей халатности, невнимательности медперсонала, отсутствия нужных лекарств на скорой.

Все. Больше и сказать нечего.

Комментариев нет: